«Дело о граблях»: обратит ли новый областной прокурор внимание на сюрреализм в Меленковском мировом суде?

18 марта Томикс снова ездил в Меленки на суд по уголовному «делу о граблях»  Некоторые наши читатели удивляются, как такое дело может рассматриваться такое количество времени и как оно вообще дошло до суда. На этот вопрос мог бы ответить новый областной прокурор Владислав Малкин, которого, в целом, характеризуют поборником справедливости. Напомним также, что защитнику по делу сожгли баню, что сейчас расследует полиция, а дочери обвиняемой - отравили корову (так считает хозяйка животного). Последнее заседание было 17 января, с тех пор судья Дмитрий Зезин болел, и процесс переносился. Между тем сроки давности по делу подходят к концу.

Контекст: Летом 2020 года конфликт между семье Захаровых и двумя соседскими домами в д. Лехтово Меленковского района дошел до своего пика. Мать Елены Суворовой Нина Волгина убирала сено на лугах. В огород пришел сын Захаровых 37-летний Алексей и стал снимать на телефон, как женщины работают. Нина Волгина пошла на него с пластиковыми граблями. Всё это превратилось в статью Уголовного Кодекса о причинении легкого вреда здоровью с помощью оружия, хотя каких-то железобетонных доказательств, что Алексей Захаров получил сотрясение мозга от пластиковых граблей…не существует. В деле столько противоречий, что их невозможно все упомнить. 

Что было на суде: Война вносит свои коррективы. Письмо Томикса об аккредитации не дошло до почты суда, утверждает председательствующий, поэтому мы чуть не пропустили заседание. Хорошо, что город Меленки маленький, и типография была недаподалёку. Перед заседанием в суде рассказывают, что какие-то украинские хакеры взломали сайт Меленковского районного суда, оставив там свои воззвания. У Мирового суда перестала работать электронная почта, говорит Дмитрий Зезин.

На суд пришел водитель полицейской машины, который приезжал на «грабельное побоище». Он ничего не видел, поэтому ничего интересного не рассказал. 

Что-то ценное мог бы поведать судмедэксперт Тарасов, который заседание пропустил по болезни. 

Защитник обвиняемой Нины Волгиной Олег Алакпаров снова провел бумажную атаку на оппонентов. Он подал ходатайства, которые судья вынужден был зачитывать вслух. На каждое ходатайство сторона обвинения должна писать возражение, это, вероятно, стоит денег. Если денег на возражения нет, значит, ходатайства сыграют в пользу обвиняемой.

Что это были за ходатайства? 

Первое касалось разговора дочери обвиняемой Елены Суворовой и свидетеля Ольги Волгиной, которая подписала протокол допроса, не глядя, и случайно сыграла в пользу обвинения. Ольга Волгина с мужем живут по другую сторону от дома потерпевшего Алексея Захарова. Захаровы и Волгины находятся в конфликтных отношениях. Их участие в деле в качестве свидетелей обвинения само по себе какой-то сюр. 

Елена Суворова после расследования звонила Ольге Волгиной, чтобы узнать, чего от нее хотела местная доблестная полиция. Из записи разговора становится ясно, что Волгина подписала «поклеп» на обвиняемую, не читая протокол. Олег Алакпаров посчитал, что дознаватель Анна Рындина и свидетель Ольга Волгина давали противоречивые показания об этом допросе, поэтому нужно заслушать эту аудиозапись еще раз, чтобы снять все противоречия. 

В другом ходатайстве Алакпаров попросил суд сделать запрос в полицию, чтобы получить материалы проверки от 17 июня 2020 года, когда случилась оказия с граблями. Полицейский на суде мало что смог вспомнить, поэтому нужно восстановить хронику событий всеобъемлюще. 

Следующее ходатайство относится к записи разговора Елены Суворовой и Алексея Князькова, участкового. Князьков изъял у Елены Суворовой грабли, которыми якобы получил по голове Алексей Захаров, еще летом 2020 года. Но в январе 2021 года обвиняемая Нина Волгина пожаловалась, что в деле фигурируют не ее грабли, а более длинные. Видимо, это было сделано, чтобы устранить несостыковку: потерпевший был слишком высок, чтобы бабушка дотянулась граблями до его макушки. 

После этой жалобы к свидетелям Волгиным приехали дознаватель Рындина и участковый Князьков и оформили протокол изъятия граблей от…20 июня 2020 года. То есть «задним числом». 

Также Алакпаров указывает, что Князьков путается в показаниях, сначала говорит, что не помнит, когда разговаривал с Суворовой, потом невзначай косвенно отвечает на этот вопрос. 7

Олег Алакпаров просит признать показания Князькова, данные 14 января 2022 года, недопустимыми. 

В другом ходатайстве защитник указывает на то, что следственный эксперимент проводился в полицейском участке вместо того, чтобы провести его на месте. Это противоречит ст. 181 УПК, а также бюллетеню Верховного суда 2004 №7 с.14. Согласно бюллетеню, следственный эксперимент должен проводиться в максимально приближенных к уголовным обстоятельствам условиям. Если это не соблюдается, значит, нет достоверности и доказательственного значения. 

Алакпаров просит провести следственный эксперимент заново в нормальных условиях, а не в полицейском участке. 

В следующем ходатайстве защитник указывает на противоречия в показаниях участкового Алексея Князькова, который утверждал, что в день происшествия находился на работе. По словам тех полицейских, что приехали на вызов, Князьков на рабочем месте не был, поэтому на вызов поехали они. Алакпаров просит признать недопустимым доказательством показания Князькова от 6.10.2020 и возбудить на участкового дело о заведомо ложных показаниях. 

Александр Холодов